О сапогах, туфлях на шпильках и других интересных вещах
В Ленинграде 60-х годов, на Невском, если идти от Московского вокзала по правой стороне к Генеральному штабу, сразу за станцией метро Площадь Восстания, которая была построена на месте Знаменской церкви, взорванной в 30-е годы в аккурат после смерти любившего ее посещать Ивана Петровича Павлова, первого и единственного лауреата Нобелевской премии в России и СССР в области медицины. После него Нобелевской премии в этой области в СССР и в России никто не получал и не получит никогда, так вот, сразу за любимой командировочными Сосисочной, находился обувной магазин.
В витрине этого магазина стояли английские сапоги по цене 70 рублей за пару и английские же туфли на шпильках. На маленькой шпильке и на высокой. Всех мыслимых и немыслимых цветов. По цене 45 или 50 рублей за пару.
Мы с моей подругой Софой любили после школы гулять по Невскому. Или до школы, когда учились во вторую смену. Любили глазеть на витрины и считать, сколько проедет новых машин Волга.
А еще в начале 60-Х годов вдруг модницы в Ленинграде обзавелись сумками из пластика. Теперь я думаю, что их привозили моряки и это был самый дешёвый ширпотреб. Сумки эти были летними. Круглые, довольно большие и как забор, в сетку. Были они тоже яркие, яркие. Но ядовито-яркие.
Одну такую сумочку мне даже удалось увидеть вблизи. Ее имела подруга моего дяди. Девушка с картин Кустодиева. Шикарных форм, настоящая блондинка с огромными голубыми глазами. Она работала натурщицей в Академии Художеств.
Запомнила я ее потому, что она могла прийти в зелёной юбке, красной блузке вся в модных тогда пластмассовых украшениях и еще с этой пластиковой сумкой. Просто райская птица.
Звали ее Лиа. Но она заикалась и говорила-
Меня зовут, Л проглатывала и получалось-«И-А»!
Мы с подругами, дуры малолетние, страшно веселились.
Ядовитый цвет этих сумок, тогда точно не китайского производства, был совершенно не похож на божественный цвет китайских ковров, выставленных на витрине в магазине Ковры. Потом там был магазин Русские сувениры.
Они были, как и туфли, райскими созданиями на фоне серой советской действительности.
Бледно-голубые, бледно-розовые светло-бежевые, бледно-салатные, они были огромными, три на четыре метра, в ладонь толщиной, а бордюр из золотого шнура. И стоили они бешеных денег. По 4, 5 тысяч на старые деньги.
Потом я видела и вижу здесь эти ковры. Они как привет из очень далёкого прошлого.
Наш дом на Невском состоял из коммуналок. Отдельная квартира была редкостью. Подруга Софа жила в отдельной квартире, но с бабушкой и дедушкой.
Во дворе сидели гнусные старухи на скамеечках и сплетничали. Всех осуждали. особенно мою и софину мам. Красивых таких. И хорошо одетых.
И вот неизвестно каким путём, в дом въехала семья. В отдельную квартиру. Теперь-то я понимаю, что они просто долго и сложно менялись. Мы сами так делали.
Папа этого семейства работал в торговле. Какие-то дошли до нас слухи. То ли зав. базой, то ли еще кем-то. Он тогда уже ходил в настоящей дублёнке и в пыжиковой шапке. А вот его дочь, десятиклассница, носила те самые сапоги с витрины. За 70 рублей.
И они у неё были не единственные! Мы с Софой все это обсуждали. Потому что тоже хотелось сапог.
Туфли на шпильках английской фирмы Clark стояли во всех обувных магазинах. Они были какой-то неземной красоты. Дамы побогаче носили джерсовые костюмы финского и английского производства и туфли на шпильках.
А нам девчонкам так хотелось их иметь. Но кто же нам их купит за 50 рублей. Софе скинулись родственники на подарок, а я одолжила деньги у дяди и купила себе сама черные туфли на шпильке, в 10 классе. Поскольку я работала на телефонной станции барышней и зарабатывала бешеные деньги- 60 рублей, то я отдавала их ему по десятке в месяц.
Я казалась себе нездешней и несоветской красавицей и чинила их и носила так долго, пока они не развалились.
А первые сапоги подарила мне папина вторая жена, которая хотела папе понравиться, и чтобы он на ней женился после маминой смерти.
Папа на ней женился. Но это другая история.
Сапоги, достать сапоги- это была доминанта советской женщины. не говоря о том, что стоили они целую зарплату, их еще и было не купить нормально в магазине. Или стоять в очереди или переплачивать спекулянтам.
Я до сих пор помню белые выступающие пятна от соли и вспоминаю свои мокрые ноги в сапогах.
Игорь купил приспособление для сушки сапог. Оно было похоже на кипятильник. Два кипятильника. Таким образом наши с Серёжей сапоги были к утру сухими.
А кто мог позволить себе две пары сапог, тот был богачом.
Перед отъездом у меня было три пары. Две зимних и одна осенняя.
А мы взяли и уехали. От такого богатства.
