«Сегодняшнее поколение дебилов вырастит следующее поколение»
В гостинице «Северная» в Петрозаводске 28 февраля 2018 года известный российский литературовед Мариэтта Чудакова прочитала открытую лекцию об истории России начала ХХ века — о Ленине, Сталине, Керенском, Ельцине и других. Представляем главные фрагменты из ее выступлений.
Мариэтта Чудакова. Фото Ивана Трефилова
Об учебнике истории
— Даже к 100-летию октября школьники, подростки представления не имеют, что произошло и что такое вообще наш ХХ век. Это абсолютная отсталость во тьме, когда года два назад было спущено сверху указание создать учебник истории, который показывал бы главным образом наши потрясающие подвиги за всю историю России, чтобы воспитывать патриотизм.
Люди не понимают, что такое патриотизм. Патриотизм — это не гордость за Родину, любовь к Родине сродни нашей любви к родителям или детям. Это большая ошибка — думать, что учебник должен воспитывать гордость. Если учебнику истории вменяется какая-то неположенная задача помимо исторической истины, значит, мы не получим ни исторической истины, ни того, что задумывают те, ради чего они ломают историю. Ни того, ни другого не будет. Любовь к своей стране надо воспитывать в семье, а не в учебнике истории.
О правде в СССР
— Здесь большинство людей взрослые. Загляните, как говорится, в свою голову: хоть один день в нашей стране после конца 1917 года власть принадлежала Совету? Хоть в одном городе, в одном посёлке? Мы все, кому больше 40 лет, знаем, что она принадлежала исключительно правящей партии. Никакой советской власти не существовало.
Где-то я встретила, один умный человек написал: «В аббревиатуре СССР нет ни одного точного слова». Союз — очень много туда было согнано насильно. Советских — это я сказала. Социалистических — пусть кто-нибудь объяснит, что такое социализм и где он у нас был? Республик — все сидят взрослые люди, все знают, что такое республиканское правление: во главе стоит президент, который выбирается — у нас назначался из ЦК. Когда-то надо поставить точки над «и».
О судебной системе
— В 1864 году произошло явление, потрясающее для России, — был введён суд присяжных и были присяжные поверенные — адвокаты. На них ходили толпами русские люди всех сословий, на знаменитейших адвокатов [Владимира] Спасовича, [Сергея] Андреевского, князя [Александра] Урусова, [Фёдора] Плевако.
В чём была задача адвоката? Он обращался не к судье, он обращался исключительно к суду присяжных, желая их убедить в смягчении или отмене наказания для своего подзащитного — в этом задача была. Поэтому они славились своим красноречием, появилось выражение «адвокатское красноречие».
Самая короткая речь Плевако была, когда он защищал сельского священника. Сельские священники были, как правило, очень бедные. У них было немало детей, а приход маленький, они жили за счёт прихода, у них очень мало было средств — семью не прокормить. Этот сельский священник присвоил небольшую часть церковных денег. Вина его была полностью доказана, защищать было нечего.
Папа мне так с гордостью рассказывал, что он обратился к присяжным с самой короткой речью: «Господа присяжные заседатели! Сколько раз этот человек отпускал вам ваши грехи? Отпустите вы один раз». Присяжные единогласно проголосовали: «Невиновен».
От присяжных, как и сейчас, требовался не приговор, а вердикт. Как в Америке: guilty or not guilty [в пер. с англ. — виновен или невиновен], так и у нас: виновен или невиновен. Невиновен — отпускают тут же. Если виновен — дело передавалось судье, который выбирал уже приговор, формулировал меру наказания.
Что делает Ленин, учившийся на юридическом факультете? Он уничтожает всю систему судебного производства, которую такими трудами создавала Россия. Никаких защитников, никаких присяжных, вместо этого он назначает ЧК, которое будет и вести следствие, и выносить приговор, и вести судопроизводство, и приводить приговор в исполнение.
О достижениях России
— Усилия [Сергея] Витте, а за ним [Петра] Столыпина привели к тому, что нет никаких сомнений: в начале ХХ века Россия была, во-первых, правовым государством — конечно, много совершалось неточностей, но если человек добирался до Петербурга и до начальства, то можно было быть уверенным, что он добьётся правды, чего раньше невозможно было представить.
Во-вторых, в начале ХХ века был общий экономический кризис в мире, он был преодолён, и Россия в 1913 году была на пятом месте в мире по удельному весу своего промышленного продукта на рынке. Тут нечего больше прибавить. Я объездила большую часть земного шара, главным образом, преподавая. Никогда не видела в магазинах, ничего вообще, made in Russia. Вообще ничего, не то что там промышленные продукты.
Мы умеем долго запрягать, а потом иногда быстро едем. В этот раз мы быстро ехали, в 1910-е годы.
О патриотическом угаре
— Столыпин говорил (его убили в 1913 году, но до этого он успел сказать): «Россию может затормозить только война». Он страшно боялся войны. И Николай II, что называется, совершенно не по делу в неё ввязался.
Другое дело, что все были в восторге. Все вы помните недавний восторг, когда это было, два-три года назад, теперь уже четыре, по поводу приобретённых новых территорий. Это было совершенно то, что происходило летом 1914 года, когда началась война. Люди обнимались, целовались в восторге.
У психиатров, оказывается, давно есть точное определение. Это называется «патриотический угар». Он держится месяца два, потом проходит. У нас не знали, что такое мировая война, и во всем мире не знали. Все ввязались, вся Европа, в эту войну, потому что раньше были войны, как правило, страны со страной или очень небольшого круга стран. И хоть и была 30-летняя война, но все же она была более локальная, она не приобретала такого жуткого масштаба.
Собственно говоря, Ленин назвал [Первую мировую войну] империалистической бойней, и поэтому мы ее не исследовали. Чего ее исследовать? Раз империалистическая бойня, все и так ясно. Исследовать ее стали только в 2014 году, когда столетие было.
О Сталине
— У меня была прямая дорога в партию. У меня дома было три коммуниста: отец и два брата. Один брат фронтовик, как и отец, ушёл добровольцем. Более честных людей я не встречала и вряд ли встречу. И честных, и, главное, абсолютно бесстрашных в это тяжёлое время.
Для меня всегда очень поучительно было: в доме не было атмосферы страха. Как [отец] ухитрился? Как с моих двух-трёх лет открывался [альбом семейных фотографий], фотографии деда в окружении семьи были на месте. Видимо, моему отцу в голову не могло прийти вынуть или уничтожить фотографию отца.
Я работала 13 лет в отделе описи библиотеки им. Ленина. Привозили архивы, я все время обрабатывала архивы ХХ века. Не то что сжигали фотографии, говоря высокопарно: пепел от сожжённых фотографий уничтожали.
Огромная заслуга Хрущёва в том, что он показал злодеяния. Никогда не забуду, как вышел парторг и сказал: «Сейчас будет зачитан документ ЦК КПСС, обсуждению не подлежит». Никогда не забуду то, что оценила только спустя годы. Шумок недовольный пролетел над всей нашей аудиторией. Студентам не понравилось, что обсуждению не подлежит. Но только спустя много лет я поняла, что за два года произошли изменения со смерти Сталина. Потому что при Сталине никто бы ни звука не издал.
Я, как добросовестная студентка, после доклада Хрущёва кинулась читать подряд том за томом Ленина. Поверьте, ничего не надо, никаких дополнительных документов, которые там скрывали и прочее, хотя они есть. Все ясно из его слов: человек патологической целеустремлённости, для которого цель оправдывает средства безусловно и для которого, как для шахматиста, люди не существуют, они деревянные фигурки. Сталин просто его ученик, больше ничего. Еще неизвестно, что бы было…
О политических решениях
— Для меня тайна до сих пор, как человек, который 17 лет провёл в Европе с 1900 года по 1917-й, когда его отпустили и он решил вести людей к светлому будущему, ему как-то не пришло в голову, что его, брата повешенного цареубийцы, его, который отсидел в ссылке, царское правительство выпустило спокойно за границу. [Ленин] строит общество, в котором не могло быть об этом речи.
Он жил благополучно в Лондоне и в Женеве. Я преподавала в Женеве в 1994 году, вела семестр, и мне коллеги говорили: «Видите, какая у нас тут жизнь спокойная?». Поверьте, в начале 1900-х годов было то же самое. Как он увидел тут чреватость мировой революции?! Это тайна.
Можно говорить, что он умный, предположим, образованный. Есть множество людей, которые до сих пор считают его великим мыслителем, почему и стоят памятники. Но это абсурдно. Не может считаться великим мыслителем человек, совершивший грандиозную мыслительную ошибку. Он уверовал, что, если он совершит революцию в России, она полыхнёт по всему миру, что это будет непременно. Не просто «возможно» или «будем надеяться», нет. Он был стопроцентно уверен, что это будет начало мировой революции. На чём он основывался, он эту тайну унёс с собой. Это авантюризм как явление в чистом виде.
О Ленине в шалаше
— Ленину говорили, что за ним охотятся. Единомышленники говорили, что ему надо предстать перед судом и защититься. Но Ленин абсолютно никогда не ставил свою жизнь в опасность. Его предупредили, и он быстро отправился, как всем известно, в Разлив. Всем известно, что ехал на поезде в Сестрорецк, всем известно, что там был [Николай] Емельянов, рабочий, который всячески ему помог. У Емельянова было семеро сыновей от 3 лет до 17. Все, включая трёхлетнего, помогали Ленину.
Неизвестна главная вещь: с ним уехал из Петрограда, с ним вместе жил [в Разливе] Зиновьев. Неотлучно. Зиновьева стали сразу преследовать — его то исключали из партии, то обратно, он как бы считался троцкистом. Масса картин: за столиком сидит Ленин. А потом уже в 1947–1948 году, чтобы краше было, появились картины «Ленин и Сталин в Разливе».
[Ленин], прощаясь с Емельяновым, сказал ему: «Я вас никогда не забуду, и партия вас никогда не забудет, и ордена подпишет». Да, партия его не забыла. Его, его жену, посадили на 10 лет [в лагеря]. Этого было мало. Нескольких сыновей расстреляли. Другой пошёл на войну, получил два ранения, когда приехал, его снова судили, отправили в лагерь, он оттуда бежал, а когда бежал, его тут же расстреляли. Один выжил, единственный, который вовремя переехал в Москву.
Выходят 80-летний Емельянов и его 75-летняя жена после ссылки, едут на свои места. С большим трудом его взяли электриком, чтобы хоть как-то жить.
Что его спасло? Как говорят в Одессе: «Вы будете смеяться». Последние два года [жизни] ему хоть было что есть, а так они голодали. В 1956 году задумал к нам приехать Броз Тито [Иосип Броз Тито, югославский революционер]. Тут забегали-запрыгали наши начальники, которые что тогда, что сейчас одними и теми же свойствами славились. Срочно дают Емельянову «Орден Ленина» и персональную пенсию, срочно дают его жене «Орден Красного знамени». В результате Тито туда не приехал, а приехала жена, есть фотография, где она осматривает шалаш.
Об октябрьском перевороте
— Когда Ленин включился в подготовку октябрьского переворота? В ночь с 24 на 25 [октября], осознайте, он впервые пришёл в Смольный, загримированный, с повязкой зубной, а там уже вовсю шуровали Троцкий и Антонов-Овсеенко, они ему все рассказали, телеграф взят, и так далее. Он тут же написал воззвание.
В дальнейшем Антонова-Овсеенко расстреливают, Троцкого изгоняют из страны, а затем убивают ледорубом. Сталин чётко и ясно объясняет, и это проходит в школах ряд поколений, что Октябрь делали Ленин и Сталин. Хотя Ленин включился в последние часы.
Ленин собирался устроить единоличную диктатуру и не скрывал этого. Это Сталин все время лукавил, а Ленин так и говорил: «Диктатура — это насилие одного класса над другим, и социализм без этого построить нельзя». Насилие как принцип.
О Керенском
Если бы не злосчастные свойства двух людей, Николая II и [Александра] Керенского, слабость их характеров, прежде всего, если бы не патологическая целеустремлённость и безразличие к жизням других людей и всем известные [свойства] Сталина, не хочу о них говорить, история России, утверждаю, могла бы пойти по-другому.
У Керенского, когда с ним беседовали, спросили:
— Можно было избежать Октября и всего последующего?
— Можно.
— А как?
— Для этого надо было расстрелять одного человека.
— Кого? Ленина?
— Нет, меня, — сказал Керенский.
Корнилов был единственный человек, который мог соперничать с Лениным по свойствам личности. Не было у нас таких, не нашлось. А Корнилов мог. Керенский, как сейчас нередко происходит с нашей оппозицией, когда Корнилов дал понять, что он будет диктатором, Керенскому это очень не понравилось. Амбиции личные — опасная вещь для политических деятелей. А Корнилов не собирался слушаться, он был уверен, и совершенно справедливо, что России грозит смертельная опасность, и продолжал двигаться. Тогда Керенский не нашёл ничего лучшего, как объединиться против Корнилова с Лениным.
Я написала в [своей книге]: Если бы сказали Керенскому: «Мы откроем тебе по две минуты три окошечка в три года — 1922, 1937 (и какой-то еще, не помню какой). И ты смотри внимательно». И когда бы он увидел горы трупов и тонны крови, он бы объединился с Корниловым мгновенно. А если бы Корнилов отказался объединиться, то он бы объединился с самим дьяволом. Но окошечко не открылось, и Керенский двинул Россию вперёд.
О Каменеве
— В 1934 году [Лев] Каменев арестован. За что, кого-нибудь убил? Нет. Избил? Тоже нет. За расхождение с верхушкой своей партии, которая уже получила единоличное правление. Он получает сначала пять лет тюрьмы за эти расхождения, на следующий год за эти расхождения от своих товарищей по партии уже 10 лет, а потом в августе 1936 года от тех же товарищей по партии — пулю в затылок. Я всегда думаю: ему 53 года, как было печально умирать ни за что.
Что происходит с его семьёй, что резко отличает новую власть от царской, которую они так яростно свергали. Первая жена, сестра Троцкого, развелась с ним в 1927 году — арестована сразу после него, но расстреляна не сразу, а только когда началась война. Двое сыновей расстреляны до этого в 1937 и 1938 году, исключительно за отца. Сталин провозгласил: «Сын за отца не отвечает», — и все это повторяли, печатали в газетах. Вторая жена Каменева расстреляна в 1937 году. Семилетний их сын отправлен в детдом. Только в 27 лет, в 1956 году, Владимир Каменев скажет:
— Из моих 27 лет 17 лет я провёл в ссылках и лагерях.
Были расстреляны и брат Каменева, Николай, а также его жена и их сын — только за злополучное родство с новообъявленным врагом народа.
У нас очень мало над этим задумываются. В той, царской, России, которую так старательно разрушали Ленин, Каменев и единомышленники, чтобы вести народ к светлому будущему, да и весь мир, таких семейных историй не просто не было, поверьте на слово, а даже в голову не могло прийти, что можно такое проделать с людьми. Никому в голову не приходило.
О круглых цифрах
— Начинается бунт против того, чтобы забирали излишки хлеба. Наш русский крестьянин привык сам разбираться, излишки у него или не излишки. Да, он отдавать не хотел. Посылают потрясающее письмо в это место: «Непременно публично повесьте не менее 100 человек». Во-первых, замечательная вещь — круглые цифры. Так потом в 1922 году пишут: «Расстрелять не меньше 1000 духовных лиц». Круглые цифры говорят о полном равнодушии к человеческой жизни, об отношении шахматиста.
Второй пункт: «Забрать весь хлеб». У семьи. Остановимся на этих двух пунктах и зададим себе вопрос: у него что-то есть [в голове] или нет? Село, посреди села висит повешенный крестьянин. Мимо него, висящего отца, ходят его ни в чем неповинные дети. Не надо быть медиком, чтобы понять: травма до конца жизни — повесить в селе того, кто не с оружием в руках выступает против большевизма, а только несвоевременно сдаёт излишки. Забрать хлеб? Но ведь виновник уже повешен! У кого забирают весь хлеб? У семьи, чтобы умерли с голоду.
О бабушкиных сказках
Если мы не пойдём наперекор бабушкам, которые рассказывают о том, какой был хороший Ленин, а Сталин такой полетел за ним, то у нас ничего не выйдет в нашей стране. Будет возрождаться одно и то же. Сегодняшнее, извините, поколение дебилов, вырастит следующее поколение, дебилизирует их. <…>
То, что мы неизвестно почему держим памятники его по всей стране… Многие говорят:
— Да мне все равно, я каждый день мимо прохожу, для меня это вроде как водокачка.
— Для вас, — говорю я. — У вас уже все сформировалось. Но не для детей.
Любой трёх-четырёх-пятилетний ребёнок, идя за ручку с бабушкой, непременно спрашивает, в посёлке ли он или в городе:
— Ба, это кто?
Бабушка на 99% отвечает, какой Ленин хороший. Редчайшая бабушка, может, жутко продвинутая, трудно представить бабушку, которая скажет: «Да, знаешь, погубил Россию, в общем-то». Потому что если она так скажет, то резонный даже у 4-летнего вопрос:
— Ба, а почему же этому плохому дяде памятник поставили?
Получается, что дети в городе, в посёлке, они получают в детстве постоянно тот же заряд, который получали мы все. Это воспроизводится бесконечно: Ленин хороший.
Об исторической памяти
— Я провела исследование. Я попросила, чтобы мои коллеги подарили мне 20 минут своего урока. Чтобы школьники конца восьмого класса ответили на уроке на семь вопросов. Среди них такие: «Что ты знаешь и что ты думаешь о Ленине?», «Что ты знаешь и что ты думаешь о Сталине?», «Что ты знаешь и что ты думаешь о Ельцине?».
Моя печальная гипотеза полностью подтвердилась: парень 13 лет приходит в 9-й класс с помойкой в голове. Все, как один, писали: «Ленин хороший, добрый, любил людей, любил детей, поднял Россию с колен».
Сталин. В том, что писали о Сталине, обратите внимание на противительный союз «но». «Сталин, да, был жёсткий, иногда даже жестокий, но победил в Великой Отечественной войне». В этом «но» заключена причинно-следственная связь: скорее всего, потому и победил, что был жестокий — репрессии помогли победе.
Они не знают того, что осенью 1941 года, все-таки отец это наблюдал лично, дивизиями сдавались с полковым знаменем, с комиссарами и командирами. Только потом опомнились, через несколько месяцев, когда стало понятно, что надо землю свою спасать. Далеко не сразу пришли в себя. Потом, да, замечательно сражались, но не сразу это было.
Про Ельцина ни одного ответа нет положительного. Я считаю Ельцина историческим деятелем уровня Александра II, а вы можете как угодно обо мне думать. Я довольно близко наблюдала, будучи членом комиссии по вопросам помилования и членом президентского совета. Он проводил эти советы, я сидела напротив него и наблюдала лично.
Квинтэссенция того, что писали о Ельцине, такая, цитирую: «Ельцин — алкоголик, еврей и дурак».
Эхо России. Общественно политический журнал
Мариэтта Чудакова окончила филологический факультет МГУ, около 20 лет работала в отделе рукописей Государственной библиотеки СССР им. Ленина. С 1985 года преподаёт в Литературном институте им. М. Горького. Выступала с критикой советского строя со времён Горбачёва, в середине 2000-х занималась политикой, работала в составе Президентского совета и была членом Комиссии по вопросам помилования при президенте России. В апреле 2010 года подписала обращение к российской оппозиции за отставку Путина, подписывала все открытые письма в поддержку Украины.
Была замужем за известным литературоведом и автором романа «Ложится мгла на старые ступени» Александром Чудаковым.
Сергей Маркелов
