Автор: | 16. января 2019

Николас Клингбайль: живет и работает в Берлине



Всадник Апока­лип­сиса

Художник Емельян Нико­ла­евич Севрюжкин нари­совал коня и радостный пошел пока­зы­вать его соседу худож­нику Василию Ника­но­ро­вичу Петрякову.
– Вот, смотри какого я коня нарисовал!
– Ну, … конь и конь, – отве­чает Василий Ника­но­рович и прячется куда-то за картонки.
– Ну… хороший ведь конь? Смотри как он  прыгнул!  «Конь Апокалипсиса».
– Ну, может и хороший. Только зачем ты мне его принес? «Прыгнул» он  у  него… Ты вообще хоть раз в жизни видел живого коня? Или хотя бы лошадь?
– Допу­стим, я видел только осла. Но и что с того?
– Вот видишь. Я сразу понял, что это ты это всё придумал. Где всадник?
– А какая разница?
– А большая разница. Я вот, например, сегодня нари­совал вазу.
– Вазу?
– Вазу с цветами!
– Ну не знаю… Ваза с цветами… Какой прок от вазы с цветами?… Дурь какая-то.
– Да ты погоди… «Дурь»… Сейчас покажу… Вот! Смотри! – Василий Ника­на­рович достает из-за картонок картину.
– Ну… не знаю… Ваза как ваза.. Ночной горшок с герба­рием. Зачем ты его нари­совал? Тебе, что, делать больше нечего?
– Потому что ваза с цветами – это красиво.
– А конь – это что – не красиво?
– Ваза красивее. Ну.… или, например, эээ … корабль в гавани … хотя бы… Ночью!
– Слушай, у тебя есть семь рублей?
– Есть. А тебе зачем?
– Хочу купить краски.
– Я всё знаю. Ты хочешь пойти в ресторан и все промотать!
– Да как я в таком виде-то пойду в ресторан?
– Вот я и говорю. Кони твои не доведут тебя до добра. Поверь мне.
– Ну, хорошо. Я хотел себе купить брюки с карма­нами навыпуск.
– Ну, купишь ты себе брюки, а дальше что? Ты на себя посмотри в зеркало.
– Зеркало мне тоже в квар­тиру надо. А скоро воообще похо­ло­дает. Куда нам всем деваться?
– Я поеду к тетке в деревню. А вот куда ты поедешь, я не знаю.
– А куда мне ехать… Я житель город­ской. Мне ехать некуда. У меня только в Турке­стане родственники.
– До Турке­стана ты не доедешь.
– Это еще почему?
– Я по разным причинам это вижу.
– Это еще по каким-таким причинам ты это видишь? Прори­ца­тель нашелся! Сейчас как дам по твоей вазе!
– А ну положь «Вазу» на место!
– А не положу!
– А ну положь мою «Вазу», я говорю!
– Убрал-ка от меня руки! Конь ему, видишь ли, не нравится! Да кто ты такой, чтобы про коней так говорить!
– Так… Вот тебе семь рублей! Но чтобы вернул!
– Да верну! Раст­рын­делся тут… Конь ему не вышел! Ты со своими вазами уже всем здесь надоел. Скорее бы уж подмо­ро­зило! Наде­е­емся, что нескоро тебя тут увидим!
– А ну верни мне семь рублей назад! Я передумал!
– Да, я смотрю, ты меня голым в Турке­стан отпра­вить хочешь. «Пере­думал он!» Я тебе сейчас верну семь рублей… – подни­мает картину с конем и с размаха бьет ею Василия Ника­но­ро­вича по голове:
– Вот тебе семь рублей, чтобы впредь не передумывал!
– Ах ты скотина! – Василий Ника­но­рович падает на пол.
– Ишь! Конь ему не нравится! Нашелся тут специ­а­лист! «Корабль в гавани ночью»… – Емельян Нико­ла­евич осмат­ри­ва­ется: – Ох! да, я смотрю, ты тут обжился!
– Я тебе сейчас устрою…
– Не двигаться! А то я и «Вазой с цветами» тебя огрею! Распо­я­сался тут! «В деревню к тетке от поедет»! Не разби­ра­ешься в искус­стве – значит лежи и не дергайся! А то вперед ногами поедешь!
– Вот ведь… шельмец какой…
– Я вот это пальто заберу! Весной отдам. Накупил тут себе тряпок! Небось и ботинок тоже семь штук? Тут копни и валенки, поди, посып­лются  с антре­солей. Конь ему, пони­маешь, не конь! Очень ты меня расстроил, Василий Ника­но­рович. Не ожидал я такого от тебя. Скорее бы уж ты уехал в деревню. Конь ему, видете ли, не подошел! Инте­ресно, сам на чём поедешь к тетке? На козе боком?…
– Это … мое един­ственное пальто!
– Да верну я тебе весной твое пальто! Разо­рался. Было бы оно новое… Просто противно ходить к таким людям как ты! Я весной даже лично с тобой встре­чаться не стану, настолько ты мне сейчас отвра­ти­телен – просто по почте это твое несчастное пальто пошлю. Хоть бы даже из Турке­стана. Потра­чусь даже на посылку на  твое  дырявое пальто. «– Видел ли ты лошадь?» Наглец какой, а! Ну, любуйся тогда на свою «Вазу с цветами». Ты ведь этого хотел? Наверное, думал, тебя  шампан­ское ждёт… Вернисаж-финисаж!… «– Расска­жите, мусью Петря­кофф, что это у вас за цветы такие в вазе и как долго вы над этим рабо­тали?» Просто слов никаких нет! Я пошел! … «Конь и конь»… надо же… Попробуй после таких слов доживи еще до весны… Так и до завтра не дожи­вешь! «Един­ственное пальто» у него… А это был мой един­ственный конь! А  теперь нет коня! Всё! Поеду в Турке­стан прямо так, как есть, и прямо сейчас. Счаст­ливо оста­ваться! Меня сердечный приступ, наверное, хватит… «Семь рублей еще верни»… Пона­купил себе ботинок, мерзавец, не пройти, не проехать! «Ваза с цветами!» Тьфу…