Записки охот­ницы. На урожай.

Слова застре­вают в горле и разгля­дывая их вижу, что они похожи на перси­ковые косточки. А должны были бы быть малень­кими вишнё­выми, которые так и слетают с языка, усеивая всё простран­ство доступное обозрению. И пускают свежие побеги, не дожи­даясь смен времён года.
Ещё слова могут быть похожи на души­стый горошек. Горошек. Приятное слово. Р-р-р – пере­ка­ты­ва­ется во рту, слегка насто­ро­жённое, но шшш-е-к – такой милый, совсем не шипит на поль­ский лад пшепрошупани.
…на вино­град – вьётся затей­ливо, но нужны крепкие опоры, а косточки у него мелкие и не так просто с ними расправ­ляться. Истинная ценность его в вине, которое вполне может пове­се­лить, а может и вызвать состо­яние тяжкого похмелья. В нём я сейчас и пребываю. Оттого в горле всё першит и всё застре­вает. И собственные слова, как воспа­лённые минда­лины, от которых можно изба­виться лишь при помощи холод­ного, остро­за­то­чен­ного хирур­ги­че­ского инстру­мента. Иссекать.

Когда нет хлеба, надо есть пирожные, когда не можешь гово­рить, надо петь, когда ничего не хочется делать, надо взять корзинку и идти по ягоды. И петь песни. В данном случае, вполне непри­нуж­дённую песню девушек. Из оперы ПИЧ «Евгений Онегин». Хорошая опера не та, что c бута­фор­скими сугро­бами и мали­новым беретом, а та что – Это… это похуже Сорокина!».

В саду служанки, на грядах
Сбирали ягоду в кустах
И хором по наказу пели
(Наказ, осно­ванный на том,
Чтоб барской ягоды тайком
Уста лукавые не ели
И пеньем были заняты:
Затея сель­ской остроты!)
Песня девушек
Девицы, краса­вицы,
Душеньки, подру­женьки,
Разыг­рай­тесь девицы,
Разгу­ляй­тесь, милые!
Затя­ните песенку,
Песенку заветную,
Зама­ните молодца
К хоро­воду нашему,
Как заманим молодца,
Как завидим издали,
Разбе­жим­тесь, милые,
Заки­даем вишеньем,
Више­ньем, малиною,
Красною сморо­диной.

К счастью, я сама себе и барыня, и девушка, и служанка. Оттого развле­каюсь сбором ягод хаотично и нет надо мной сторожа. Да и забред­шего молодца не придётся рвать на части, чтоб каждой из красавиц доста­лось по кусочку. Тут у меня приви­легия права «первой ночи».
Сознание этого факта утешает под жарким солнцем и слегка облег­чает муки, причи­ня­емые всяким инсектом слета­ю­щимся на сладкие пряные запахи.
Красная сморо­дина, она почти что вино­град. Так же красиво висит гроздью. Её и назы­вают северный вино­град. Соби­рать её легко и приятно. Берёшь яхон­товую в горсть, прово­дишь легко рукой вниз. Она не ломака, горяча, быстро сдаётся и падает в корзинку, покрывая дно мерца­ю­щими руби­но­выми бусинами.
Ruber карминный пурпурный пунцовый мали­новый румяный черв­леный рыжий розовый огненно красный… рубин – камень не так прост, один из самых бесценных. Крупный лал, нынче стоит дороже алмаза, но это редкость. Чаще рубины попа­да­ются мелкие, как моя сморо­дина. Про него много пона­пи­сано с древних времён и свой­ства у него совсем не плохи. Но не для всех, не для всех. Он годен для огненных знаков. Другим может и повре­дить. Непо­свя­щённым и слабым душой.
Король Кастилии Альфонсо X назы­вает его удаля­ющим печали и дающим радость.
В трак­тате о камнях XIV века, припи­сы­ва­емом Джону Манде­вилю гово­рится, что счаст­ливый обла­да­тель свер­ка­ю­щего рубина будет жить в мире и согласии со всеми людьми, что он не лишится ни земель, ни поче­стей и будет сохранен от всех опас­но­стей. Камень обережёт его дом, сад и вино­град­ники от повре­ждений бурями.
Вот и я про то же, не зря я сижу здесь и собираю эти рубин­чики и даже соби­раюсь затол­кать их в банку и поста­вить на полку, чтобы любо­ваться и стать обла­да­телем чудесных свойств, о коих напо­ми­нает индий­ская астрология
Индий­ская астро­логия назы­вает рубин камнем власти, силы и бурной энергии, связанной с кармой людей целе­устрем­лённых и ярких. Этот сгусток энергии укреп­ляет силы, прого­няет тоску и защи­щает от злых чар. По Элифасу Леви, главное мисти­че­ское свой­ство рубина – рождать влечение к вели­кому. На руке благо­род­ного, нрав­ствен­ного чело­века он ведёт его к победам и великим подвигам, а простым людям даёт счастье и любовь, и, изменяя свой цвет, преду­пре­ждает их об опасности.

Ну это просто мой портрет! Как же бросить это дело и не напол­нить своё содер­жимое такими прекрас­ными свойствами?
А я было собра­лась уйти, но нет! Подобное иску­шение сильнее меня, а укусы можно поте­реть раздав­ленной ягодой и вскоре я превра­щаюсь в пятни­стого леопарда. И понимаю, что этим дело не закан­чи­ва­ется. Меня ждёт ещё шпинель-малина.
С ней всё не так просто. Есть у неё непро­сти­тельная слабость засе­лять свою мякоть червями. О, эти черви, не оттого ли мы их сторо­нимся, что они подручные тлена. И странная мысль возни­кает об их присут­ствии в нашем теле. Не сейчас…тогда…после. Маленькие чистиль­щики, преоб­ра­зу­ющие наши бесчув­ственные тела. Во что? В кого? Кто знает.
Не оттого ли, боящиеся смерти, устра­и­вают из своей жизни погре­бальные костры и усеи­вают всё простран­ство пеплом. Слабое утешение, он всё равно падёт в землю.
Да ещё по ней ползают маленькие брошечки лалики фаберже альфонсы мухи. Зелёно-золотые, с тонко выве­рен­ными фатов­скими усиками, исто­ча­ющие мускусный аромат такой силы, что лишь дотро­нув­шись до них по телу пробе­гает дрожь. Это – опасные господа, весьма.

Упад­ни­че­ские господа, поклон­ники арт нуво. Их надо избе­гать, если не хочешь погру­зиться в несмы­ва­емые ароматы опиумной курильни. Впрочем, не знаю, суще­ствуют ли нынче эти курильни в реаль­ности или этот липкий запах лишь плод моего вооб­ра­жения и практик Сэра Оскара Уайльда. И как они вообще пахнут?
Но он столь же навязчив, как и омер­зи­тельные ароматы аэро­пор­тов­ских duti free, напол­ненный смесью запахов простушки дере­вен­щины, вылившей на себя флакон одеко­лона белая сирень и не удовле­тво­рив­шись этим, плеснув туда ещё и души­стой фиалки, шипра, красной москвы, белого мака, быть может.
Кое как удалось избе­жать этого зла и дополнив свои рубины шпинелью малины, с чистой сове­стью отправ­ляюсь к тиглям, дабы предаться люби­мыми алхи­ми­че­скими преоб­ра­зо­ва­ниями. Постичь мощь вели­кого, следуя советам моих друзей Гермеса Трис­ме­гиста и Тито Браге.
Не обладая излишней скром­но­стью в оценке своих талантов, замечу, что опыты мне удались. И ещё подумаю, стоит ли откры­вать свои тайны непо­свя­щённым. Тем более, что ждёт меня сбор плодов Ríbes nígrum. По-простому — сморо­дины чёрной! Ежели будет на то моя добрая воля и благо­склонное настро­ение, то пожалуй, поде­люсь своими тайными знаниями. В следу­ющий раз.