— Хей, йоу!
— Добрый день. Что привело вас к нам? Садитесь.
— Йоу… Я не могу сесть, я читаю. В смысле читаю рэп. Ну, если сразу по моему модному прикиду неясно, то я хотел бы взять полугодовой курс рэппера от вашей сраной биржи труда. Oh, sorry, вырвалось. «Странной».
— Ничего странного. Сколько вам лет?
— Я не помню… Наверное, 55… Потерял документы при наводнении в Орлеане. Тогда я потерял всё своё имущество — матрас, три стула, две ложки и жену Сару… А теперь она меня нашла и подала на алименты! Motherfuckers World…
— Немолодой вы для рэпа… Может, возьмете курсы по орлеанскому блюзу? Он Вам более подходит по возрасту. Уже сформирована группа из пяти человек.
— Ты издеваешься? На блюзе бабла не поднять. Давай, включай мозги.
— Ну, хорошо. Кто вы по происхождению?
— Дальтонизм что ли распространился вместе с коронавирусом?! Я — нигга! Причем такой, чтобы тебе быть такой белой, как я чёрный!
— Так! Я вас попрошу! Чтобы такого больше не было у меня в кабинете!
— Fuck you…
— У нас нельзя говорить о цвете кожи. Имейте это ввиду!
— Ладно… Меня всеназывают Гудронимус. Big Gudronimous.
— Это уже понятнее.… Вспоминаю паралелли. Печальная судьба… Значит, решили заняться рэпом…
— Самым черным! Fuck yeah…
— Ситуация проясняется… Писали ли Вы до этого какие-нибудь рэп-треки? Портфолио, может быть, есть?
— Ну… Немного писал что-то на обоях… И всё это утонуло в наводнении. Но! зато я много употреблял и продавал наркоту. Целых два срока в Orlean Jail по малолетке!
— Хм… А что с уличной преступностью во взрослом возрасте? Было ли что-то особенное?
— Ну… случалось. Участвовал в ограблениях. … Однажды получил пулю в лодыжку.
— Так… А к какому побережью Вы себя относите? Ведь мы, всё-таки, живем в Аризоне.
— Да, вот, тоже… думаю и разрываюсь… Наверное, стану первым афро-американо-мексиканским рэппером. Побережья — они, ведь, слева и справа, а я — стану центровым — как в баскете. Ты разбираешься в баскетболе? За кого болеешь?
— На мексиканский рэп у нас на бирже большая очередь на курсы. Много желающих. А бюджет не резиновый.
— А я буду читать мой рэп в сомбреро! Уже решил. Немного отстираю лишь его от крови…
— У Вас будут проблемы с нашими местными мексиканскими рэпперами. Вам лучше уехать на одно из двух побережий и там уже делать полицейскую статистику.
— Я не могу. Я хромой после ранения. Посмотри, как врачи мне всю ногу исполосовали!
— Так, может быть, всё же, пойти на курсы орлеанского блюза? Раз, уж, есть хромота. Это очень подойдет для образа и карьеры… К курсу прилагается двубортный костюм и немецкая губная гармошка Хоннэр. Есть неплохой шанс заработать на очевидной инвалидности. Костыль получите за половину цены.
— Я еще раз повторяю, мне не нужен блюз. Мне нужны тачки, золотые цепи на шею и бабло! Что тут непонятного?
— А признание?! …Обучились бы на хорошего блюзмена! Быть как Колтрэйн — разве, это ничего не стоит?!
— Слушай, ты меня бесишь! Я пришел сюда, между прочим, с пушкой, имей это ввиду! 22-ой калибр, но я его переточил под 23-ий!
— Так… Хорошо. Ладно! Смотрю теперь еще раз по компьютеру детальнее… Тааак, есть курсы на турецкий и арабский рэп.
— «Немецкий Хоннэр», «турецкий рэп». «Орлеанский блюз!» А виолончели нет?
— Давайте, сделаем так — в следующий раз — через неделю в воскресение. Вы придете и зачитаете ваш свежий трэк. У нас тут есть рэп-Церковь, небедная, кстати. Если, рифмы лягут, прости Господи, то вы получите туда от нас направление. Просто так я вас не могу туда направить. Всё-таки, это крайне ответственное дело.
— Все рифмы лягут! Человек я верующий и богобоязненный. Спасибо, что нашли для меня такое решение. Пошел писать божественный рэпчик! Простите за заносчивость! Извиняюсь. Я не думал об этом.…
— Храни вас Бог.
— В рэпчике должны быть какие-то ключевые слова?
— Вера. Надежда. Любовь.
— Я так и думал. Увидимся через неделю.
— Значит до…?
— Воскресения.
N.B. 07.01.2021
