ВСЁ НОРМАЛЬНО
Она валялась, пьяное бревно,
Старуха с окровавленною рожей.
И пробегавшим – было всё равно;
А проезжавшим – и того дороже…
И было в ней – навскидку – сто пудов
С учётом шубы, вмиг наводопевшей.
А поднимать-то – семь сошло потов.
И ангел аж охрип, над нами певший.
Нас – обходил богатый праздный люд,
Валивший из престижного продмага.
Как лёд,
Был скользок, холоден и лют.
Незряч, как туалетная бумага.
Как тяжело!…
Тащить куда-то Русь
С разбухшею молящейся губою.
И сколько раз - уж вспомнить не берусь,
Я, обессилев, падала с тобою.
Но!
Видела скамью невдалеке.
Нам только б – дотянуть до остановки!
И стало мне плевать, что налегке
Вокруг сновали модные обновки.
Мы сдюжили. Господь ли, подмогнув,
Её приладил, мой принявши довод.
И старая, победно подмигнув,
Велела мне – сгонять, поскольку - повод!
Уже не в силах высший смысл поймать
/ Господь привёл, да Он же и отвадит /
– Тебе не хватит на сегодня, мать?
… И поняла, что матери – не хватит.
.….….….….….….….….….….….….….….….….….….….……
СОВЕТСКОЕ ДЕТСТВО
Когда мы ели снег и грызли лёд,
А вот гранит наук ещё не грызли,
Всяк пролетевший в небе самолёт
Будил не только чувства, но и мысли.
– Смотрите, это мой отец летит! -
Пилот мой папка, за рубеж летает!
…И детвора восторженно глядит
На след в высотах, что не сразу тает…
Так возносил себя же на Парнас
Детсад московский от хлебозавода,
Хотя «хлебозаводовдавцев» у нас
Едва ли набиралось на полвзвода.
Отцы-герои были нарасхват:
Кто капитаном дёрнул в кругосветку,
Кто, похвальбою сына виноват,
Прославил вдруг советскую разведку…
В стране, где толпы грудились у касс,
Где гегемон был богом,
Между прочим,
Никто не возгордился напоказ
Родным своим отцом – простым рабочим.
Любой пацан взлетал с иных начал,
Любой отец прославленный годился.
И только Борька Вальд, мой друг, молчал:
Поди, и так батянею гордился.
Я тоже приврала бы: мне дано!
К тому же нервы были не из стали,
Да только воспиталки уж давно
Меня народу с потрохами сдали.
И тот же Борька, не бежавший драк
Один – на семерых – со стукачами,
Был, к сожаленью, вовсе не дурак,
А тут его мозги и подкачали.
Ну, ляпнул бы: «Писатель – это круто!»,
…Кого собьёшь с привычного маршрута?
Нет!
Рыцари без страха и упрёка
Должны иметь и дурость про запас.
И – тоже друг – Тургенев брат Серёга
Меня однажды, как навеки, спас.
Пацан без лишних мыслей, тем и крепкий,
Авторитетный, рявкнул, голосист:
– Да вот её отец! Савельев в кепке!
И в кожаной! Заткнитесь: он – таксист!
А воспиталки – врали, врали, врали!!!
.….….….….….….….….….….….….….….….
…Сверкнёт ли росчерк средь небесных тел,
А то ли подмигнул мне кто в астрале,
А то ли это папа пролетел…
ОБЫДЕННЫЙ СТИШОК
А в первом классе – много ли умишка?
И вот как раз во Внуково зимой
Родители решили снять домишко.
Мне это страшно нравилось самой.
Я что ни день осваивала лыжи,
Познав не столь ответом, сколь нутром:
Весь этот грохот, что порою ближе –
Живущий невдали аэродром.
Обедали в Домтворчестве: так проще.
А утром, домочадцев разбудив,
Бежала через лес и через рощу
Я к сельской школе, всех освободив.
Да, эта школа многое б познала,
Когда бы не была собой горда:
Домтворческие дети персонала,
Детдомовских робятушек орда…
Учились так: где первый, там и третий,
А где четвёртый класс, там и второй.
Одна училка век была в декрете,
Одна стена студила нас дырой.
Домашним выдавали бутерброды.
Казённым – мелочь на буфетный рай.
И как дрались мы насмерть, нищеброды,
За свой паёк: чужой – не отбирай!
К детдомовцу воткнули. Бога ради.
Я даже не решила: истукан,
Однажды прочитав в его тетради
О том, как НА СТАЛЕ СТАИТ СТОКАН.
Я с ним бы поделилась бутербродом,
Уж не была я столь истощена.
Да просветили: трус взрастёт уродом,
А в драке убывает толщина.
Тот год уплыл корабликом бумажным,
Да только в память врезалось, как нож:
Не верь. Отдай. Делись своим домашним.
Врагов средь сытой стаи приумножь.
Как часто мы друг друга дурью раним,
Не то бы парень расправлял крыла,
Лишь вспомнив: в первом классе, утром ранним,
Он ел, что мать в дорогу собрала.
ВОЗЛЕ КАЖДОГО САРАЯ
Возле каждого сарая
Плачет мать-земля сырая,
Стонет матушка-землица
Под асфальтом городским.
Оттого, что ей не влиться
В наши души, в наши лица,
Оттого, что небылица
Заразила нелюдским.
Оттого, что виноватой
Русь, обозванная ватой,
Русь под снежным покрывалом -
Птичьи перья, птичий пух,
Плачет солью, плачет алым
За решёткой плачет - малым
В неувянувший лопух.
Ты прости ему, уродцу,
Что ему - куда бороться
Против новых беззаконий,
Вновь рождённому рабом…
Ой вы кони мои, кони,
Ой вы лики на иконе,
Ой ты матушка в платочке
На лице своём рябом.
Это всё ещё цветочки.
Там, где ягодки - лишь точки
Над могилами молчат.
Под решёткою колючей
В лютый зной, в мороз ли жгучий,
В век - в который век подлючий
Для волчат твоих, зайчат?
.….….….….….….….….….….….……
… Кто в тебе и был зачат…
