---

 

Недет­ский детский вопрос

Уже почти поко­ление мы живём в 21-м веке. Все это время мы счаст­ливо разви­ваем инду­стрию детской книги, идео­ло­ги­че­ские оковы сбро­шены, границы открыты, так что каждый может себе позво­лить произ­ве­дения лучших детских писа­телей и поэтов мира, проил­лю­стри­ро­ванные лучшими худож­ни­ками и оформ­ленные лучшими дизай­не­рами. На широком экране прекрасные фильмы для всех детских возрастов, в фильмах приятная музыка, гармо­ничная и волну­ющая одновременно.

А впереди нас ждут еще большие чудеса – интер­ак­тивные миры, цифровая реаль­ность, сплошные нано­тех­но­логии и, конечно же, Золотой Век.

Или нет? Или есть какие-то сомнения?

Если есть, то говорят, полезно подсчи­тать, взве­сить все за и против и запи­сать на разных листочках. Чтобы было понятно, где убыль, где прибыток, и дальше гово­рить уже со знанием дела.
Почему бы нам, кстати, так и не посту­пить – особенно в пред­дверии наме­ча­ю­ще­гося всеоб­щего прогресса?

Что такое книга?

По сети ходила шутка –
фото­графия раскрытой книги с подписью:
«Уникальный инфор­ма­ци­онный носитель,
рабо­тает без подза­рядки и Wi-Fi,
загру­жает инфор­мацию напрямую в мозг».

Как во всякой акту­альной шутке, шутки здесь не очень много. Книга в привычном нам виде действи­тельно явля­ется прорывным дости­же­нием в техно­логии усво­ения и пере­дачи инфор­мации. Каждый книжный элемент (корешок, форзац, каптал, титул, печатное поле, марги­налии и проч.) прошёл сложный отбор, утвердив свои нынешние место и облик в резуль­тате сотен­но­летних испытаний.

Самая простая книга обла­дает 3-х частной струк­турой (правая и левая стра­ницы разво­рота и толщинка). И эта струк­тура нена­вяз­чиво навя­зы­ва­ется малень­кому, к примеру, чита­телю, тренируя его способ­ности лока­ли­зо­вы­вать место в тексте, зрительную и тактильную память. Добавьте к этому разные (на ощупь) мате­риалы обложки, форзаца и вклеек, и вам станет понятно, каким празд­ником для маленьких паль­чиков может быть вкусно изданный томик удоб­ного формата. Такой не грех и обла­го­ро­дить – нари­совав пару козюлек, пока не смотрят взрослые. А что, жизнь коротка, а искус­ство вечно.

А еще статьи-врезки, внут­ренние рубрики, спра­вочно-библио­гра­фи­че­ский аппарат к основ­ному тексту, выноски и коммен­тарии, заметки на полях, иллю­страции, элементы книж­ного оформ­ления и книжные знаки (экслибрис, виньетка, буквица), типо­гра­фика, формат книги (от пода­роч­ного до карман­ного), несколько уровней заго­ловков, внут­ренний и внешний дизайн, сегмен­ти­ру­ющий зрительное простран­ство… В общем, много чего.

И все это только для одного – сфор­ми­ро­вать разно­родную инфор­мацию и сделать из неё, да-да, эмоци­о­нально-инфор­ма­ци­онный объект, данный нам в ощущении. Короче, книгу.

Что в книге важнее?

Конечно, текст, скажет Писа­тель. Без него и книги не будет. Книгу читают, чтобы узнать, куда все побе­жали, кто кого полюбил и чем все закон­чи­лось. Книга без текста? Абсурд.

Все так, вставит Верстальщик, но ваш текст без моего оформ­ления читать будет невоз­можно. Длина строки, поли­гра­фи­че­ские тире, оформ­ление заго­ловков и шрифт основ­ного текста – если с этим ошибиться, даже «В лесу роди­лась ёлочка» не дочи­таете без головной боли. А если срабо­тать хорошо, то и «Война и мир» строчка за строчкой пройдёт, не заме­тите, как 2-й том возь­мёте и «мерси» вместо «спасибо» скажете.

Вот-вот, «согла­сится» Иллю­стратор, от вашего текста все и проблемы, возись с ним. А ведь это прошлый век – детей мучить текстами, сейчас главное эмоци­о­нальное развитие. Да и книги без текста не такой уж абсурд, особенно детские. Их полно, это совре­менно, назы­ва­ются виммельбух. В такой книге текста мало, почти сплошь одни картинки. Наглядно, совре­менно, красиво, текст почти не мешает воспри­ятию иллю­страций. Дети раду­ются, роди­тели довольны, а что еще нужно?

Тут я где-то согла­шусь, встрянет Дизайнер. Текст мешает, съедает визу­альное простран­ство, делает его скучным. Детям нужна встряска, движение, посто­янные новые впечат­ления. Разворот с текстом, потом – с раскла­ды­ва­ю­щимся осьми­ногом, потом – разворот из кожи кроко­дила, пахнущий анана­сами. Ну а на закуску я вставлю код, который при считы­вании план­шетом запу­стит на план­шете мультик. Обложку сделаем раскры­ва­ю­щейся в 3 стороны. Прода­ваться на ура будет.

Много вы знаете про продажи, проворчит Изда­тель. Вам, дизай­нерам, только бы деньги тратить. Хотя с план­шетом это инте­ресно, можно сделать тираж-другой. А если про книгу, текст, я считаю, нужен. Только пусть он попроще будет, чтобы было всем понятно. А для детей можно и еще проще. Важен формат – пода­рочный, понятное дело, пода­рили и на полку. Ну и что, что неудобный, зато хорошо смот­реться в мага­зине будет. Обложка только еще важна.

Приятно услы­шать профес­си­о­нала, всту­пает Дизайнер обложки. Какая будет обложка, так и прода­дите. В книжный магазин сейчас зайти страшно, одна книга другой краше, ярче, больше. Одна с позо­лотой, другая в виде Бэтмена в нату­ральную вели­чину, третья с очками вирту­альной реаль­ности. Это война, и победит сильнейший.

Не знаю, о чем вы гово­рите, лично я – о детской книге, говорит человек, держа­щийся неза­метно и внезапно оказы­ва­ю­щийся пред­ста­ви­телем Обще­ства потре­би­телей. У меня ГОСТы на чита­тель­скую продукцию, там все чётко сказано. Книга должна обес­пе­чи­вать базовые потре­би­тель­ские свой­ства, как-то: не рассы­паться при нажатии, откры­ваться не менее 1000 раз без ощутимых послед­ствий, не содер­жать токсичных мате­ри­алов и прочая, и прочая. Вот полный перечень.

Но самое веское слово так и не было сказано. Да и не могло быть. Потому что тот, кто мог бы его сказать, спал в детской кроватке, не подо­зревая, что вокруг него проис­ходят такие баталии. Кроме того, его инте­ресы и пристра­стия пока не сфор­ми­ро­ваны. Но будут – всеми выше­пе­ре­чис­лен­ными специалистами.

Точку в этом разго­воре поста­вить невоз­можно. Очевидно, что чаяния всех участ­ников детского книго­из­да­тель­ского процесса разом удовле­тво­рить невоз­можно. Поэтому каждая книга это уникальный компро­мисс проти­во­по­ложно направ­ленных сил, возможный только в конкретной ситуации.

Плюсы и минусы

Давайте по следам преды­ду­щего разго­вора подсчи­таем, готово ли наше детское книго­из­да­тель­ство к грядущим техни­че­ским нано­свер­ше­ниям. Начнём с Писателя.

Тексты

Можно по-разному отно­ситься к совет­скому наследию и оцени­вать наши нынешние дости­жения, однако:

• • • • за последнее время не появи­лось детского писа­теля уровня, скажем, Носова, пере­вод­чика уровня, скажем, Маршака, и детского поэта уровня, скажем, Барто.

      • совре­менная россий­ская детская лите­ра­тура не пред­став­ляет собой явления цель­ного, поэтому она в состо­янии «окорм­лять» только отдельные возрастные группы (наиболее инте­ресные коммер­чески, т.е. грубо, печа­таем для тех детей, которые еще не доросли до план­шета). Оставляя остальных на милость отла­женной западной изда­тель­ской машины, сохра­нившей каче­ство, размах и исправно постав­ля­ющей новых авторов.

Про общий уровень лите­ра­туры (в т.ч. и взрослой) поми­нать не будем. Доста­точно будет привести слова одного лите­ра­тур­ного критика: уровень совре­менной россий­ской прозы ниже уровня совет­ского произ­вод­ствен­ного романа (который считался в СССР среднепроходным).

Вёрстка и внут­реннее оформление

Сложно пове­рить, но вёрстка задаёт архи­тек­туру воспри­ятия книги. Именно вёрстка – та форма, в которую мы поме­щаем текст и иллю­страции. Поэтому верстальщик это и техни­че­ский работник, и полно­ценный дизайнер книги. Бездушная вёрстка, не подхо­дящая под содер­жание, способна охла­дить самый пылкий чита­тель­ский интерес. Особ­няком стоит типо­гра­фика, это сумма всех шриф­товых решений книги, совер­шенно отдельное направ­ление профес­си­о­наль­ного развития.

Сказать тут можно многое. Наравне с отдель­ными искусно издан­ными вещами, стоит откро­венная халтура. В целом же так – совре­менная типовая книжная вёрстка детской книги преступно проста. Засилие пода­роч­ного формата и коммер­че­ский заказ на яркую книгу сфор­ми­ро­вали простейшую полосную вёрстку. То есть, проще, текст–картинка–текст. Иногда текст пуска­ется в свободное обте­кание. Это не дефект само по себе, однако о вёрстке как орга­ни­зу­ющем моменте книжной полосы гово­рить здесь не прихо­дится, текст рабо­тает как запол­ни­тель простран­ства между картинками.

Напомним, нормой для круп­но­фор­матных совет­ских изданий (в част­ности, спра­вочных) было наличие коло­ночной вёрстки (2–3 колонки), а кроме того, тема­ти­че­ских рубрик и врезных справок. И это – не считая иллю­страций, которые, как правило, верста­лись по колонке или полосе. А дела­лось это во времена доком­пью­тер­ного набора.

Многие поэты и худож­ники, совре­мен­ники Маяков­ского, (конструк­ти­висты, обэриуты) рабо­тали с текстом как с изоб­ра­же­нием. Во многом совет­ская поли­гра­фи­че­ская традиция развила эти чудесные начи­нания – в детских изда­ниях стихов часто текст «капает» или «сочится», верста­ется, например, ступень­ками. Нередко из текста наби­ра­ется условное изображение.

Срав­ните, маленький чита­тель, привыкший к слож­ному струк­ту­ри­ро­ванию своего зритель­ного поля (несколько сораз­мерных инфор­ма­ци­онных потоков) и он же, привыкший читать/рассматривать книги в одну полосу с гигант­скими картин­ками. Кто из них первым освоит нано?)

Ну и напо­следок про шрифты. Во все времена художник-шриф­товик это особая каста. Сейчас же, в силу техни­че­ских причин (развитие компью­терных техно­логий именно через лати­ницу), мы имеем серьёзное отста­вание по шриф­то­вому богат­ству. Кирил­лице еще только пред­стоит достиг­нуть шриф­то­вого пари­тета с лати­ницей – хотя бы по коли­че­ству доступных и каче­ственных кирил­ли­че­ских шрифтов. И соот­вет­ству­ющих специ­а­ли­стов по вёрстке. Пока же рядовое изда­тель­ство обхо­дится 3-4 прове­рен­ными шриф­тами. В которых, как правило, мало исто­ри­че­ских славян­ских и русских шрифтов. Поло­жение, впрочем, медленно, но неуклонно улуч­ша­ется, и это хорошо.

Иллю­страции

Кем должен быть художник-иллю­стратор для автора-писа­теля? Ранее счита­лось, что роль иллю­стра­тора – допол­нять текст, будить вооб­ра­жения чита­теля, но не пере­тя­ги­вать одеяло на себя. Что, кстати, сложно, ведь художник мыслит и подаёт себя зритель­ными обра­зами (лёгкими для воспри­ятия), в то время как автор – пере­даёт содер­жание вербально, через абстракции. Заставляя чита­теля самого форми­ро­вать изображение.

В этом смысле художник нахо­дится в выиг­рышном поло­жении. Автору нужно до чита­теля еще докри­чаться, а художник уже тут как тут, нате, смот­рите, нравится? А в ситу­ации пода­роч­ного издания, свёр­стан­ного попо­лосно или даже разво­ро­тами, художник стано­вится безраз­дельным королём книги. Хотя формально оста­ётся соав­тором. Хорош соавтор – один шёпотом, а у другого мегафон).

Из совре­менных детских изданий прак­ти­чески полно­стью исчезла графика. Хотя именно она как никакая другая техника орга­нично вписы­ва­ется в текст, не проти­во­реча, а только дополняя. При этом инте­ресно, что западные детские издания вовсе не брез­гуют графикой. А весьма умело её употреб­ляют, создавая буквально шедевры поли­гра­фи­че­ского искус­ства. В ход идёт и раскра­шенная графика. Тут уместно сказать, что чёткие графи­че­ские линии удобнее для воспри­ятия детским глазом – объект проще вычле­нится из общего рисунка. Срав­ните с худож­ни­ками, привык­шими рабо­тать сочным цветом в нере­а­ли­стичной манере: распо­зна­вание отдельных образов услож­ня­ется, картинка воспри­ни­ма­ется как яркое пятно, эмоци­о­нальный мазок. Безусловно, для неко­торых текстов именно такое иллю­стри­ро­вание будет наиболее уместным. Но не для всех.

Особ­няком стоит цифровая иллю­страция. В таком иллю­стри­ро­вании нет ничего плохого – цифровой рисунок очень техно­ло­гичен, легко вносятся правки, не требу­ется мастер­ская или обору­до­ванное рабочее место. С помощью совре­менных программ можно имити­ро­вать многие худо­же­ственные стили, а в неко­торых случаях вообще нет необ­хо­ди­мости уметь рисо­вать руками, доста­точно владеть программой. Части готовой картинки можно будет исполь­зо­вать в других рисунках, что также повы­шает скорость работы. Готовую иллю­страцию можно будет вывести сразу в нескольких вари­антах (со шляпой, без шляпы, в лучах заката, под дождём и проч.)

Цифровой рисунок сегодня частое явление в детской книге. Почему, см. выше. Есть, однако, но. Цифровой цвет супер­чи­стый, можно сказать, пасте­ри­зи­ро­ванный и рафи­ни­ро­ванный. В отличие от живого рисунка он не обла­дает «зерни­сто­стью», микро­тек­стурой, не содержит внутри себя обла­стей с пере­па­дами цвета или контраст­ности. То есть, короче, не распо­зна­ется глазом как живой, нату­ральный объект. Поэтому в глубине души маленький чита­тель может и не пове­рить, что этот милый-милый лисёнок живое суще­ство. Да, милый, но навер­няка не живой.

Отчего, согла­си­тесь, готов­ность сопе­ре­жи­вать серьёзно страдает.

Поли­гра­фи­че­ское исполнение

Прошли те времена, когда прихо­ди­лось исполь­зо­вать тряпичные и бумажные пере­плёты. Сегодня в арсе­нале книго­из­да­теля огромное коли­че­ство специ­альных бумаг и техно­ло­гичных пере­плётных мате­ри­алов нового поко­ления, совре­менных, красивых, немарких и износостойких.

Впрочем, выби­рать особо и не прихо­дится. Ведь старые, клас­си­че­ские мате­риалы, которые приятно ложатся в руку и ласка­ются взглядом на полке – банально дороги. Да многие типо­графии уже и не умеют с ними рабо­тать, новые мате­риалы удобнее технологически.

Добавим к этому огромную разницу в цене между стан­дартным и нестан­дартным (то есть не часто востре­бу­емым) форматом книги, а также отра­бо­танные вари­анты с бумагой (всегда мело­ванная), и получим ответ на вопрос, почему полки в детской запо­ло­нили одно­типные нечи­та­емые кирпичи пода­роч­ного формата.

Калли­графия

Как массовое явление в книго­пе­чати – исчезла. Появ­ля­ется только как оформ­ление худож­ником заго­ловка. Но это уже рисунок, не калли­гра­фи­че­ская надпись. И это при том, что в программах вектор­ного рисо­вания можно имити­ро­вать калли­гра­фи­че­ские надписи. Но обще­ствен­ного (а значит, и коммер­че­ского) заказа на такое оформ­ление нет. А ведь именно калли­гра­фи­че­ская надпись пока­зы­вает есте­ственную красоту графем, заставляя посмот­реть на текст по-новому.

Специ­а­листы, которые помнят о калли­графии, ушли с аван­сцены и располз­лись в клубы по инте­ресам. Чита­тели стар­шего поко­ления заби­рают домой выло­женные за нена­доб­но­стью старые книги – под недо­уменные взгляды более молодых родствен­ников. Которые – через пяток-десяток лет – выставят те же книги в тот же подъезд.

В западных изда­ниях калли­графия и шриф­товые компо­зиции устой­чиво исполь­зу­ются, в част­ности, на обложках.

Плюсы и минусы

Да-да, есть и плюсы тоже. Главный из них – будущее все-таки насту­пило. Инфор­ма­ци­онная доступ­ность стала реаль­но­стью. Совре­менный человек привычно пере­ра­ба­ты­вает большие массивы данных. Посто­янно и небез­успешно ищутся новые формы носи­телей, новые форматы, которые позволят в будущем рабо­тать с инфор­ма­цией более эффективно.

Минусов несколько. Один из них в том, что пока этот поток данных одно­вре­менно масси­ро­ванный и огра­ни­ченный, при этом «дикий», то есть мало­до­ступный для анализа. Для разви­ва­ю­ще­гося чело­века (с базо­выми пятью чувствами) свер­шив­шаяся техно­ло­ги­че­ская рево­люция – суровая колы­бель. Основные массивы ключевых данных сейчас это визу­альная либо техни­че­ская инфор­мация. А слух, обоняние и осязание исполь­зу­ются больше в развле­ка­тельных целях – и все более унифи­ци­ру­ются. Такой акцент не только дисгар­мо­ничен. Ведь все грядущие прорывы ожида­ются именно как результат работы твор­че­ского интел­лекта. А без гармо­нич­ного развития всех его форм увели­чения твор­че­ского потен­циала ожидать не прихо­дится. Данные сами себя не думают.

Второй минус в том, что у клас­си­че­ской книги и у самого совре­мен­ного информ. носи­теля (любых медиа­данных) прин­ци­пи­ально разные концепции взаи­мо­дей­ствия с читателем.

Книга пред­став­ляет собой «горшочек с радугой», замкнутый мир, куда чита­тель должен уходить с головой, принимая его правила. Такое путе­ше­ствие не проходит бесследно, оно навсегда преоб­ра­жает путе­ше­ствен­ника. Любой же элек­тронный носи­тель это «врата» (gates), которые ведут чита­теля дальше, к другим картинкам, фильмам или на просторы Сети. Либо это удобное «место» (site), где ты делаешь что-то, что нахо­дится где-то. Не понра­вился один сайт – уходишь на другой.

Поэтому именно книга в ее клас­си­че­ском или модер­ни­зи­ро­ванном виде – взыва­ющая к лучшему в чело­веке, акти­ви­ру­ющая все пять чувств, обла­дает способ­но­стью при мини­мальных затратах обес­пе­чить вирту­альное путе­ше­ствие, ведущее к нрав­ствен­ному преоб­ра­жению читателя.

Совре­менные инфор­ма­ци­онные техно­логии пока только робко прибли­жа­ются к этому, но это еще даже не первые шаги. Только техно­логии следу­ю­щего поко­ления смогут пред­ло­жить реальную альтер­на­тиву старой доброй книге. Любые разго­воры об этом сейчас – профа­нация темы, ведущая в итоге к утрате жемчужин чело­ве­че­ского опыта, зало­женных в саму форму непри­тя­за­тель­ного печат­ного много­стра­нич­ного издания.

Итог

К сожа­лению, оста­ётся только признать, что совре­мен­ного мало­чи­та­ю­щего моло­дого чита­теля, который привык видеть в книге одно­ра­зовое недо­рогое развле­ка­лово (эдакий недо­мультик), вырас­тили мы сами, наши книги. Именно мы этими самыми книгами вымо­стили ему дорогу к план­шету и откро­венно глупым фильмам.

Все это время мы вместо книг подки­ды­вали ему нечи­та­емые, гладкие, как целлофан, одина­ковые томики с безгра­мотной, плохой вёрсткой, нежи­выми цифро­выми иллю­стра­циями, которые пыта­ются заме­стить собой текст, а текст почти всегда один и тот же, это очередная пере­пе­чатка детских клас­сиков или тех 10 очищенных до полной потери вкуса русских сказок, которые все беско­нечно пере­пе­ча­ты­вают. Оста­ётся удив­ляться, что дети вообще читают, это просто чудо.

Разу­ме­ется, есть прекрасные исклю­чения, есть борцы и энту­зи­асты, и их даже немало. Однако пока этот нарас­та­ющий протест так и не получил чёткого направ­ления, он еще неосо­знан, да и носи­тели его часто сами не знают, против чего они и за что.

Наде­емся, эта статья станет очередной крошкой на пути домой, к хорошей детской книге, достойной своих великих предшественниц.

Вместо заклю­чения

Ну вот, опять «техно­логии это зло», да? Раньше «трава была зеленее»? Нет, не про это. Прогресс это важная и нужная вещь, но сам по себе он пред­став­ляет стихийную силу, напра­вить которую должны мы, люди – как носи­тели, простите, разума и нрав­ствен­ного начала.

Люди это основной ресурс буду­щего. А какими могут быть люди, если их не сфор­ми­ро­вали правильные и вечные книги? Куда они пойдут, куда уведут за собой наших потомков?

И кстати, все не плохо, все обычно, все именно так, было всегда. Плохое борется с хорошим, стараясь выдать себя за реальный взгляд на жизнь. Дешёвое борется с ценным, пытаясь выдать себя за совре­менное и прогрес­сивное. Просто нужно время и верное слово, чтобы назвать этих вечно мель­те­шащих персонажей.

Нынешняя ситу­ация это просто еще одна задача, которую мы должны решить. Жела­тельно с оценкой не ниже «четвёрки». А то не пере­ведут во взрослую группу.

© Роман Кашин

---