Соломон Телингатер. Москва. 1932 г.
Евгения Гершкович
ИГРА В БУКВЫ
Рассказ о Соломоне Телингатере невозможен без рассказа о его отце. Будущему новатору типографики было у кого унаследовать художественный талант. Уроженец маленького местечка Киевской губернии, выпускник Одесского художественного училища Бенедикт Рафаилович Телингатер в предреволюционные годы был чрезвычайно востребованным в Баку декоратором. Он попал на берег Каспия в самое удачное время – в 1910 году. Город, который уже называли «кавказским Парижем», бурно развивался: новоиспеченные нефтяные буржуа спешили обзавестись фешенебельными особняками, появлялись новые банки, торговые пассажи, отели, театры и кинотеатры, первые доходные дома. Строительный бум обеспечил работой множество предприимчивых архитекторов и художников. Бено Телингатер оказался одним из них.
Бенедикт Телингатер, отец художника
В Баку его ждал звездный час: посыпались заказы на оформление интерьеров, отделку кинотеатров и парадных подъездов частных домов. Особенным успехом пользовались его альфрейные росписи и тромплёи, или обманки: художник отдавал предпочтение пасторалям, цветам и амурам, ни разу не повторяясь в орнаментах и сюжетах. Помимо монументальной живописи, Бено совершенствовал графическое мастерство: его виртуозные рисунки печатались в сатирических журналах «Зянбур», «Джигит», «Мират», «Кельнийят», «Женщина Востока».
1932 г
Сыновья художника Соломон и Адольф выбрали профессию отца. В один прекрасный день юноши заявили родителю, что его изысканные узоры и пухлые амурчики безнадежно устарели для нового коммунистического быта, а буржуйские особняки совсем скоро перестроят и отдадут трудовому народу. На дворе стоял 1917 год. «Пошли вон! Оба!» – закричал взбешенный отец и выгнал сыновей на улицу.
Вряд ли Бено Телингатер поверил бы, скажи ему кто-нибудь, что несколькими годами позже, когда в Азербайджане установится советская власть, он станет автором рисунка государственного герба Советского Азербайджана: серп, молот и полумесяц с пятиконечной звездой на красном фоне в лучах солнца. Между тем так и произошло. Но это было потом. А пока Соломон, вместе с братом изгнанный из родительского дома, пошел ночевать в молодежный клуб. Надо было как-то жить.
Бакинский авангард
Не утративший оптимизма Моня вскоре устроился в типографию газеты «Бакинский рабочий», где овладел профессиями верстальщика, наборщика и печатника. Как он вспоминал позже, тогда и определился его профессиональный путь. Будучи уже признанным мастером, своим «главным университетом» Телингатер всегда называл типографию.
К тому моменту за плечами будущего художника была Полноправная мужская гимназия А. П. Емельянова – одно из лучших учебных заведений Баку, инженерно-строительный факультет Бакинского политехнического института, воскресные курсы по рисованию, а также большой опыт копирования и размножения плакатов, которые привозили в Баку из Советской России. В читальном зале рабочего клуба Соломон обнаружил журналы «Творчество» и «Москва» с работами художников-авангардистов. Позже он вспоминал: «Мы с повышенным интересом следили за графическими публикациями на их страницах, жадно искали проявления новых тенденций в зарождающемся советском искусстве. Здесь мы познакомились с мужественным почерком гравюры Купреянова «Броневики», гравюрой Соколова «Прачка»… Нравилось нам и то, что в этих графических произведениях новое революционное содержание обрело новое изобразительное пластическое воплощение». Соколов принадлежал к знаменитой группе «Кукрыниксы», с которой Телингатера вскоре свяжет большая дружба.
В 1919–1920 годах Соломон продолжил учиться в Свободных художественных мастерских Наркомпроса в Баку и стал одним из создателей студии БаккавРОСТА, созданной по образцу «Окон РОСТА». Благодаря БаккавРОСТА язык кубизма и футуризма ворвался в сказочный мир Востока с его коврами и книжными миниатюрами. Молодой Телингатер был активно вовлечен в водоворот бакинского авангарда: оформлял книги, создавал эскизы для театральных спектаклей, афиши для немого кино и, конечно, плакаты. Улицы города пестрели транспарантами на русском и азербайджанском языках – их печатали трафаретным способом, нередко на оборотной стороне обоев. В те же годы Телингатер создал несколько эмблем для разных организаций, в том числе Азербайджанского фотокиноуправления (АФКУ), – сегодня их назвали бы логотипами.
Баку, и жар, и пар, и вар.
Сковородой кипит бульвар,
Плюется солнышком июль,
А ты, как некий вентилятор,
И прохладителен, и юн»,–писал футурист Алексей Кручёных, в конце 1919 года оказавшийся в Баку.
Отчетная выставка Кукрыниксов. Слева направо: А. Архангельский, П. Крылов, М. Горький, М. Куприянов, Н. Соколов, С. Телингатер (оформитель выставки). Москва, Дом печати. 1932 г.
Симфония нового времени
Сцена из спектакля рабочего клуба. Баку. Конец 1910-х гг.
В 1920 году Соломона Телингатера направляют в Москву учиться во ВХУТЕМАСе (Высших художественно-технических мастерских). Полиграфическим факультетом, куда он поступил, руководил замечательный художник Владимир Фаворский, мастер гравюры и один из создателей советской школы книжной иллюстрации. Год, который проучился у него Телингатер, очень много дал юноше в профессиональном плане, однако курс пришлось прервать: из-за крайнего истощения от систематического недоедания студент был вынужден вернуться в Баку.
Телингатер сотрудничает с молодыми бакинскими издательствами и газетами «Труд», «Молодой рабочий», «Земля и фабрика», «Юношеская правда». А в 1922 году в Азполиграфтресте выходит первая книга с его иллюстрациями – поэма Блока «Двенадцать». Работая еще с символистской проблематикой, в иллюстрациях художник уже показал себя мощным конструктивистом. Создавая их, он, безусловно, вдохновлялся и событиями бакинской жизни. Одним из них стал грандиозный звуковой перформанс в честь будущей победы армий Интернационала в мировой революции, прошедший как раз во время работы над книгой: сводный оркестр на центральной площади и весь Каспийский флот вместе с артиллерийскими батареями, пулеметной командой и гидросамолетами в море исполняли «Симфонию гудков» Арсения Авраамова.
Книга Владимира Маяковского «Для голоса», оформленная Элем Лисицким
Именно на обложке поэмы «Двенадцать» Телингатер впервые попытался создать комбинацию из элементов наборной кассы. По словам художника Евгения Когана, приятельствовавшего с Соломоном, в этом эксперименте «было больше смелости, чем умения, однако проступали поиски выразительности типографского материала и стремление к изобразительному толкованию литературного произведения».
Кроме творческой работы Телингатер занимался общественной: по поручению ЦК Азербайджанского союза молодежи руководил художественной студией при Доме красной молодежи. Рисунки ее участников, в основном беспризорников, печатал сатирический журнал «Комсомольский крокодил» – на гонорары за них студия худо-бедно и существовала.
Однажды в Дом красной молодежи зашла 17-летняя комсомолка Полина Беккер. Студийцы-беспризорники попросили ее позировать, она отказалась. Тогда подростки бесцеремонно окружили девушку и замотали ее в кумач. К счастью, появился руководитель студии Моня Телингатер, спас Полину и проводил домой. Вскоре она стала его женой.
Именно Полина позже вспоминала, как в 1923 году в книжном киоске на бакинском вокзале Соломон увидел книгу Владимира Маяковского «Для голоса». Издание, оформленное Элем Лисицким, поразило его идеальным сочетанием поэтического ритма и художественного решения, гармонии слова, изображения и типографики. Телингатер прыгал по платформе от радости: «Поля! Посмотри, какие рисунки! Как выразительно! Я никогда такого не видел!»
Увиденное буквально перевернуло сознание художника и открыло путь к новым экспериментам со шрифтами. Шрифт стал стержнем его творчества, что Телингатер неоднократно подчеркивал: «Типографский материал для любящего книгу и свое ремесло типографа – плоть от плоти, кровь от крови самого текста книги. И ежели честно сказать, вряд ли что-нибудь его заменит».
Взлет и падения
В конце 1925 года Соломон и Полина перебрались в Москву: по комсомольской линии Телингатера пригласили на пост технического редактора в издательство «Новая Москва». Работники ворчали: «Приехал какой-то Аллигатор, который всех нас съест».
Через два года случилось долгожданное знакомство с Лисицким. Художники относились к разным поколениям конструктивистов, но общий язык нашли сразу и вместе оформили общедоступный «Путеводитель по Всесоюзной полиграфической выставке». К задаче подошли со всей серьезностью: снабдили макет лесенкой-регистром, сложной вырубкой, маркировкой блоков цветом, четкой рубрикацией. Одновременно Телингатер занимался серией просветительских книжек по медицине для издательства Наркомздрава. Строгие обложки без намека на украшательство он оживил рамками из наборных элементов.
В 1928-м выходит в свет одна из главных работ художника – оформленная им поэма Александра Безыменского «Комсомолия». Буквально каждая страница этой книги – эксперимент. В качестве иллюстраций Телингатер использовал не только рисунки, но и фотографии, между строчками вставлял кадры из кинохроники, специально снятой операторами «Совкино». Он применил принцип золотого сечения в довольно аскетичном макете «кинокниги» и сам верстал ее в типографии, не доверив эту работу никому. Мастер продемонстрировал невероятную внутреннюю свободу, вместо привычных прямоугольников текста введя динамичные шрифтовые композиции, которые буквально озвучивали произведение: по мере возрастания напряженности увеличивался размер шрифта, сдвигались строчки.
В 1938 году были арестованы и расстреляны сестра Полины Любовь Беккер и ее муж, заместитель председателя Бакинского городского исполнительного комитета (Бакинского совета) Иосиф Варейкис. Телингатеры взяли в семью осиротевших племянников; к тому времени у них уже росли дочь Майя и сын Владимир, так что в один день семья стала многодетной. После усыновления детей «врагов народа» Полину Беккер тут же уволили из издательства, где она работала техническим редактором. Она, впрочем, была к этому готова.
Великую Отечественную войну Соломон Телингатер прошел от звонка до звонка: был в ополчении, работал в прифронтовой редакции газеты «За Советскую Родину!». Его младший брат Адольф с войны не вернулся, но Соломона судьба уберегла – как оказалось, для новых испытаний.
В 1945-м фронтовика Телингатера назначили старшим художником Воениздата. А спустя шесть лет, в 1951-м, вызвали на заседание партийной коллегии и предъявили альбом «Ленин», подготовленный художником еще в 1939 году. На фотографии у гроба вождя кто-то углядел человека с бородкой – и решил, что это враг народа Троцкий. Не помог даже тот факт, что во время похорон Ленина Троцкий отсутствовал в Москве.
Телингатера исключили из рядов ВКП(б) и отстранили от должности, нависла угроза ареста. Семья почти голодала. Некоторые друзья, завидев Соломона Бенедиктовича, переходили на противоположную сторону улицы, но были и те, кто поддерживал, давал работу, а он все продолжал верить, что партия его защитит. Лишь после смерти Сталина Телингатеры вздохнули с облегчением.
Между Востоком и Западом
В 1957-м в Москву приехал старый Бенедикт, примирился наконец с сыном, познакомился с внуками. А еще год спустя Соломон Бенедиктович нанес визит в город своей юности после долгой разлуки. В Баку он много фотографировал нефтепромыслы и создал серию линогравюр с портретами горожан и пейзажами.
В 1958 году Телингатер представил результат своей конструктивистской практики и глубокого изучения старинных рукописей: соединив то и другое, он разработал свою знаменитую акцидентную гарнитуру – авторский шрифт, в котором соединились кириллические и латинские элементы. И продолжил оформлять книги, в числе которых стихи Назыма Хикмета и роман «Абшерон» Мехти Гусейна о героическом труде бакинских нефтяников.
Соломон Телингатер стал первым советским художником, удостоенным высшей награды мирового профессионального сообщества: в 1963 году в здании старой торговой биржи Лейпцига ему вручили международную премию Иоганна Гутенберга. Трудно желать большего признания. Однако это событие не изменило жизнь художника. До последних дней Телингатер работал: просыпался утром, надевал свой простенький костюм, садился за стол и вставал из-за него поздно вечером.
Соломон Телингатер работает над линогравюрой. Пригород Москвы. 1958 г.
